Проблемы отцов и детей
Сепарация от родителей
Валентина Пахман
Врач, блогер

Просмотров: 1236
Дата публикации: 11 мая 2018 г.

Ее привезли в реанимационную палату в конце моего рабочего дня, где-то ближе к пяти. Операция была долгая, сложная. Но не получилась. Ей пытались воссоздать пищевод, который она сожгла, выпив уксусную эссенцию. Но стриктура оказалась слишком высокой, и кишку, которую тянули от желудка, так и не смогли подшить к глотке. Шесть часов операции, шесть часов наркоза — все псу под хвост.

Попытка не удалась, а значит, она уже никогда не сможет есть и наслаждаться едой. А значит, вот эта страшная трубка, торчащая у нее из живота и уходящая в желудок, — это уже навсегда. Туда она будет складывать и красную икру, и вкусные булочки. И кофе с молоком, и любимое в детстве мороженое. Этой трубке уже будет все равно — любимое мороженое или нет. Скорее всего, уже никогда она не будет думать, чего бы сегодня купить вкусненького. Зачем ей теперь вкусненькое?

От этих страшных мыслей меня оторвала работа. Надо дописать истории болезни и уже идти домой. Я подошла к столу, взяла в руки ее историю и посмотрела на возраст — 16 лет. Что могло довести ее до того, что в 16 лет она готова была расстаться с жизнью? Несчастная любовь, конечно, подумала я, и стала записывать показания мониторов — пульс, давление, частота дыхания. Сухие цифры показателей жизнедеятельности.

Завтра спрошу, когда она отойдет от наркоза, подумала я и пошла домой. А назавтра она оказалась улыбчивой, светлой, очень позитивной девочкой.

 — Несчастная любовь? — кивнула я в сторону гастростомической трубки.

 — Нет. Мама, — коротко ответила она.

Мама?

Проблемы отцов и детей

Вот такая у нас сегодня тема.

А можно я сломаю выстроенные веками стереотипы? Нет никаких проблем отцов и детей. Есть только проблемы детей. И ничего другого. Нет никаких проблем у тех, кто сильнее и старше. У тех, у кого власть, нет и не может быть проблем.

У тех, у кого власть, сила, возраст и хоть какой-то уже жизненный опыт, — у тех должна быть ответственность перед тем, кто пришел в эту жизнь именно к ним. Перед тем, у кого не было выбора — рождаться или нет. Перед тем, за кого вы сделали этот выбор сами, — да, сказали вы однажды, я буду рожать. И в этот момент вы взяли на себя ответственность за жизнь и счастье другого человека. Не своего ребенка. Нет. Просто другого человека. Пока не знакомого вам. Пока чужого.

Он еще не родился. Вы не знаете даже, кто это будет — мальчик или девочка. Вы пока не знаете, как его зовут. Вы не знаете, чего он захочет в этой жизни. Кем он станет. Какие у него будут желания и способности. Какие у него будут мечты.

И все это вам предстоит узнать и постараться помочь ему это реализовать. А для этого, когда он родится, его надо всего лишь постараться услышать. Его надо будет спросить.

И вот на этом этапе и начинаются проблемы, которые у нас принято называть проблемами отцов и детей. А проблема-то на самом деле проста — мы не слышим своих детей. Мы отказываемся видеть в них личность.

Когда мой сын был еще маленький и я вынужденно часами сидела во дворе с такими же, как я, выгуливающими своих чад молодыми мамашами, как часто я слышала:

— Вот когда моя подрастет, я отдам ее в музыкальную школу.

— А мой муж, — говорила другая, — мечтает отдать нашего на бокс.

— А мой пойдет на шахматы.

Вон они еще ковыряются в лужах, строят какие-то плоты из веточек и прутиков, но на них уже возложили ответственность — выполнить чужие планы и мечты. А вы говорите — проблемы отцов и детей.

Есть одна большая проблема — мы не умеем видеть в своих детях личность. Ни в каком возрасте. А тем более пока мы их кормим, оплачиваем их содержание, пока мы даем им образование. Мы, мы, мы…

Мы не приучены даже думать о том, что у них могут быть свои мечты. Мы не приучены думать о том, что, по сути, это просто другие люди. Не наши дети. А маленькие люди, по воле судьбы попавшие к нам в зависимость и отданные нам на воспитание и содержание.

Какие мечты в пять лет, скажет большинство из вас. Какая личность? Что за чушь?

 

Читайте продолжение колонки Валентины Пахман об отцах и детях в июньском номере «Психологии эффективной жизни». Цена номера — 50 рублей.

В корзину

От редакции

В начале жизни мама для ребенка — весь мир. Но употребит ли она эту огромную власть во благо или во зло — зависит от нее самой. Почему у одних матерей дети вырастают уверенными в себе и в жизни, а у других — с подорванным доверием к миру, рассуждает в своей статье педагог, психолог, детский писатель Борис Слуцкийhttps://psy.systems/post/dayuschaya-zhizn-ili-otnimayuschaya.

Писатель Ольга Савельева рассказывает свою историю из юности о том, как ее мать ни во что не ставила интересы дочери и всячески препятствовала принятию ею самостоятельных решений. Что делать, когда нет возможности договориться с собственной матерью? Читайте историю Ольги: https://psy.systems/post/apelsinki-gosti.

Если детство было не таким уж счастливым, полученные травмы и раны залечить порой непросто. Они продолжают влиять на всю дальнейшую жизнь. Что делать для исцеления психологической травмы, объясняет психолог Элла Чирковаhttp://psy.systems/post/chto-takoe-psixologicheskaya-travma-i-kak-ona-vliyaet-na-nas.

Считаете, что вашим друзьям это будет полезно? Поделитесь с ними в соцсетях!
ХОТИТЕ БЕСПЛАТНО ПОЛУЧАТЬ НОВЫЕ ВЫПУСКИ ОНЛАЙН-ЖУРНАЛА «ПСИХОЛОГИЯ ЭФФЕКТИВНОЙ ЖИЗНИ»?